Ферн уже перевалило за шестьдесят, когда жизнь в её маленьком городке в Неваде окончательно остановилась. Фабрика, где она проработала почти всю взрослую жизнь, закрылась почти за одну ночь. Экономический кризис не пощадил ни оборудование, ни людей. Дом, в котором она жила, тоже пришлось оставить - платить было нечем. Остались только старенький фургон, несколько коробок с вещами да привычка вставать рано утром, даже если некуда идти.
Сначала она пыталась держаться на месте. Искала работу в соседних городках, ночевала у знакомых, соглашалась на любую подработку. Но вакансий почти не было, а те, что появлялись, быстро занимали более молодые и здоровые. В какой-то момент Ферн поняла: оставаться - значит просто медленно исчезать. Поэтому она собрала то немногое, что ещё имело ценность, уложила в фургон матрас, маленькую газовую плитку, складной стул и поехала. Не в какое-то конкретное место, а просто дальше, туда, где, по слухам, ещё можно заработать.
Так она стала частью огромного невидимого племени. Люди, которых раньше называли бы бродягами, теперь просто кочевники нового времени. Летом собирают урожай в полях Орегона, осенью упаковывают посылки на складах в Аризоне, зимой работают на кухнях в национальных парках. Кто-то живёт в старых микроавтобусах, кто-то в переделанных грузовиках, кто-то, как Ферн, в простом фургоне без особых удобств. Днём они трудятся, ночью ставят лагерь где-нибудь на бесплатной стоянке или в пустыне, подальше от чужих глаз.
Поначалу ей было тяжело привыкнуть. Холод пробирал до костей, спина ныла от неудобной лежанки, а одиночество иногда накатывало так сильно, что хотелось развернуться и вернуться. Но возвращаться было некуда. Постепенно она научилась ценить маленькие вещи: горячий кофе по утрам, когда вокруг ещё темно, закат над пустыней, когда небо становится сначала розовым, а потом глубоким синим, разговоры у костра с людьми, которых завтра уже не будет рядом.
Ферн не жалуется и не жалеет. Она просто живёт так, как получается. Иногда она думает о дочери, которая давно уехала в город и почти не звонит. Иногда вспоминает мужа, который умер ещё до всего этого. Но чаще всего она просто смотрит на дорогу впереди и крутит руль туда, где, по словам других кочевников, сейчас есть работа. И каждый раз, когда фургон снова трогается с места, она чувствует странную, почти забытую лёгкость. Как будто дом - это не стены и крыша, а вот эта возможность в любой момент поехать дальше.
Читать далее...
Всего отзывов
8